Лучшая цена в магазине "Фаланстер".

А вы завели краходила?

Есть одно обстоятельство, за которое я очень люблю Юлия Даниэля – все его художественные произведения умещаются в тонкую книгу (272 с.). Это великое счастье – уложиться в такой объем, но не всем это удается. С удовольствием перечитал его вещи, хотя стилист Даниэль, конечно, слабоватый... В любом случае, хорошо, что его переиздали.

Мне рассказывают, что писатель Герман Садулаев где-то сделал комплимент моему стилю. Мне это тем более лестно, что я всего лишь пару раз упомянул его через запятую и то в довольно-таки нейтральном контексте. Так вот, уважаемый Герман Садулаев, раз уж Вы так самолюбивы, что отыскиваете любое о себе упоминание, хочу сказать Вам несколько слов.

Во-1-ых, Вы, похоже, плохо различаете прозу и журналистику. Хотя я иногда лукаво и называю себя литературным критиком или даже философом, в первую очередь я журналист. А журналистика – это конвейер и постоянный цейтнот. Действительно, о некоторых своих оборотах, прочтя их утром в газете, я сожалею. Но я бы никогда не решился выступать как писатель с такой дрянью, как Вы. Завидую!

Во-2-ых, я хочу принести Вам свое извинение. Я считаю, что по отношению к Вам и прочим эпигонам Сергея Минаева возможна только одна форма критики – не замечать их существования. Заверяю Вас, больше Ваша фамилия в моих текстах никогда не встретится. Вы мне неинтересны даже как объект критики.

В-3-их, в Вашем литературном тейпе есть свои штатные критики, которые прекрасно справляются с Вашей раскруткой. Мне не хочется пиарить Вас, даже критикуя. Данный пост – последний раз, когда я это делаю.

Еще одно подтверждение, что критикам следует собирать свои газетные публицикации в отдельные книги. Мне несколько раз попадались статьи Олега Дывадова, но цельное впечатление составилось только после прочтения сборника "Демон сочинительства" (к сожалению, спустя четыре года после его выхода). Блестяще!

Не вылезаю в последнее время из Ленинки. Изучаю формалистов. Впечатление такие. У Шкловского – замечательно почти все, даже проза. Эйхенбаум – местами великолепен. Тынянов – абсолютно дутая величина – и как литературовед, и как прозаик.

Михаил Бойко  Алексей Радов: «Сегодня я знаю, что отец — гений»

Одного из популярнейших писателей 90-х добил препарат от бронхиального кашля

Сын Радов об отце Радове: «В последние годы ему было очень плохо. Его судьба — это полный Шекспир: какая-то дурная бесконечность трагедий… Тут он стал воевать с Богом. Уничтожать себя, всё. Отец был очень жизнелюбивым, но тут он расхотел жить…» Подробнее

Дочитал сегодня последний, неопубликованный роман Егора Радова "Уйди-уйди". Гениальнейшая вещь! Я, честно говоря, думал, что он в последние годы жизни исписался. Так вот – ничего подобного, этот роман на уровне предыдущих. Он умер в расцвете сил.

29 апреля Клуб метафизического реализма ЦДЛ проводит презентацию книги Юрия Мамлеева "Русский поход в тонкий мир". Начало в 18 часов 30 минут. Малый зал ЦДЛ.

http://www.cdlart.ru/news.php?day=2009-04-29

...На пленарном заседании Айтматова пожурили за увлечение политикой, впрочем, не сильно, поскольку у всех свои слабости, а, как заметил один из выступающих, "Айтматова тянуло к политике, как Достоевского – к картам". Была озвучена и версия об отравлении писателя, но, к сожалению, никак не прокомментирована.

А один особо осведомленный журналист, прослушав несколько докладов, в которых фамилия Айтматов упоминалась не иначе как с эпитетом "великий", поинтересовался, как взять интервью у Чингиза Торекуловича? Пришлось продиктовать ему телефон одного моего приятеля, увлекающегося спиритизмом...

http://exlibris.ng.ru/fakty/2009-03-05/1_bishkek.html

В горах Кыргызстана:

Обновленная "Литературная учеба" (lych.ru), по-моему, замечательна (в этом номере есть и моя статья). Всем рекомендую:

Вчера в Гоа (Индия) на 47-м году жизни скончался прозаик Егор Радов, сын поэтессы Риммы Казаковой. Как сообщил пресс-секретарь Союза писателей Москвы Александр Герасимов, 31 января писатель вместе с дочерью уехали на отдых в Индию по туристической путевке. Смерть наступила 5 февраля в шесть часов утра по московскому времени.

Егор Радов родился 28 февраля 1962 года в семье публициста Георгия Радова и поэтессы Риммы Казаковой. Окончил Литературный институт имени Максима Горького. В 1992 году вышел его первый роман «Змеесос», благодаря которому писатель снискал репутацию «нового Берроуза» и одного из самых ярких представителей российского постмодернизма. Какое-то время Радова расценивали как единственного писателя, способного дать фору Владимиру Сорокину по неистощимости воображения, провокативности текста и метафизическому размаху. За дебютным романом последовали книги «Искусство – это кайф» (1994), «Якутия» (1999), «Дневник клона» (1999), «Борьба с членсом» (1999), «Рассказы про все» (2000), «Я/или Ад» (2001), множество рассказов и статей в журналах «Птюч» и Рlауbоу. Некоторое время Егор Радов был ведущим авторской полосы в «НГ-Ex libris».

Прозу Радова отличают игра слов, стилистические эксперименты, сюрреализм, детальные описания измененных и пограничных состояний сознания. Некоторые произведения писателя с трудом пробивали себе дорогу по причине использования автором ненормативной лексики, обилия эротических сцен, обращения к запретным темам. В 2003 году писатель выпустил, быть может, лучший свой роман – «Суть». На страницах этого произведения геологи обнаруживают в тайге таинственные кристаллы, прикосновение к которым дарует прозрение, постижение сути вещей и чудовищные сверхспособности. В результате мир раскалывается на две части – тех, кто вместил Суть, и тех, кто оказался не способен это сделать. Для поклонников творчества Радова Суть – это его тексты.

В последнее время популярность Радова снижалась. Ценители прозы Радова связывали это c выходом постмодернизма из моды. Недоброжелатели злорадствовали. Для своего последнего романа «Уйди-уйди» писатель не смог найти издателя. Но, по-видимому, дело было в том, что уместные в лихие и свободные 90-е годы книги Радова оказались слишком яркими, дерзкими, смелыми для пресных «нулевых» с их затхлым «новым реализмом».

Жизненный путь писателя завершился, но можно не сомневаться, что его литературная известность будет отныне только возрастать, ибо он оставил после себя произведения, относящиеся к вершине современной русской прозы.

http://www.ng.ru/society/2009-02-06/8_radov.html